В Своём произведении Автор, очевидно, тщится донести до читателя какую-то мысль. К сожалению, огромное количество огрехов делают прочтение этого текста совершенно невозможным.
Начнём с того, что Автор абсолютно пренебрёг элементарными правилами написания текстов. Проигнорировав существование слов и даже самого алфавита, Он проявил крайнее неуважение к читателю. Что с того, что кошка, якобы, состоит из живой плоти? Какое это имеет отношение к Искусству?
Отдельные "знатоки" утверждают, что текст оригинальным образом зашифрован Автором внутри кошки, что Автор использовал для этой шифровки триплетный код ДНК. Какая чушь! ДНК не имеет к Литературе ровным счётом никакого отношения. Писать надо словами!!!
Но попробуем, как того требуют иные голоса, встать на позиции Автора и судить произведение по его собственным законам. И тут мы, чего и следовало ожидать, наткнёмся на огрехи и недочёты.
Прежде всего, какова основная мысль текста - та самая, что так и не донёс Автор до сознания читателя? Мысль эта - хищничество! В наш век толерантности и гуманизма, в эпоху глобальных процессов в мировом сообществе, Автор проповедует хищничество, более того, хищничество низкое и мелкое - пожирание мышей!
Что касается "сюжета" данного произведения, то он совершенно неудобоварим. Сюжетец такого рода был бы уместен в веке XVII, а то и во времена царя Гороха, но никак не теперь. Скучный, линейный, нет внутреннего конфликта - рождение, младенчество, детство, зрелость, старость, смерть. Неужели же это и всё, что смогло прийти в голову Автору?
При такой бедности сюжета не удивительно и отсутствие в опусе какой бы то ни было рубрикации. Где деление на тома, на главы, хотя бы на абзацы?! Голова текста плавно переходит в шею, та, столь же незаметно для читателя, - в туловище. А ведь прежде Писатель создавал (если к Его текстам применимо слово "создавать") нечто более рубрицированное и структурированное. Таково, например, одно из ранних творений Автора - таракан. Мельчаем, господа!
О языке нечего и говорить - сырой и шершавый.
При столь откровенной корявости текста и его неудобочитаемости, было бы излишним искать в нём ещё и блох. Однако они есть - и, более того, буквально скачут по поверхности текста. Автор не мог придумать ничего умнее, чем заставить Свой опус самостоятельно вычёсывать из себя насекомых. Но если столь корявое произведение делает работу за Автора, то какое же мнение должны мы составить о Самом Авторе?!
Хочется задать вопрос: кто Он? Воинствующий графоман? Невежда с огромным самомнением? Бездарь с апломбом?
К сожалению, как бы мы ни ответили на этот вопрос, основной загадки опуса ответ не решит. Загадка относится вовсе не к Искусству (потому что с ним опус не имеет ровным счётом ничего общего), а ко вкусу - точнее, к абсолютной безвкусице - ряда т.н. "читателей". Страшно и смешно становится оттого, что кто-то заводит это "творение" у себя дома, горько видеть, как её предпочитают Овидию и Петрарке!
